новости
Все подряд
Популярные
Загрузить ещё
Иван Бесценный
Главный редактор
#Собянин
#Москва
#Коррупция
Кормушки страны Собянии: у австралийки забирают общественный транспорт Москвы?
#Собянин
#Москва
#Коррупция
Цикл материалов о щедром московском главе и многочисленных одаренных им личностях продолжается. И как ему не продолжаться, если на каждом шагу находятся все новые и новые «люди-присоски», которые радостно тянут финансы из Москвы и её жителей, пользуясь доброй дружбой московских властей.

Цикл материалов о щедром московском главе и многочисленных одаренных им личностях продолжается. И как ему не продолжаться, если на каждом шагу находятся все новые и новые «люди-присоски», которые радостно тянут финансы из Москвы и её жителей, пользуясь доброй дружбой московских властей.

Будет несправедливо сказать о том, что за все отвечает строго Сергей Собянин. На самом деле, проблема московских транспортных турникетов и странного распределения финансового потока от столичного общественного транспорта зародилась ещё при Юрии Лужкове.

В незапамятные времена «кепки-аэродрома» в столице закупили турникеты в автобусы. Тогда Москва потратила на этот вопрос почти сто миллионов долларов, если говорить более конкретными цифрами, то 94 миллиона. Обыграли всё через патенты – замысловато и сложно, зато крайне эффективно. Вообще, говоря по совести, схема кривая донельзя, она сквозила невнятными формулировками, из-за которых утекали сотни миллионов рублей, она же сделала сверхбогатыми «изобретателя» турникета и его супругу, о которых мы сейчас и расскажем.

Тема дважды актуализировалась по причине того, что Юрий Лужков давно ушёл, а Сергей Собянин, как показывает время, так до конца и не разобрался со всем наследием своего предшественника. Москва полна загадок, особенно по части бюджетных потоков, и становится все более очевидным, что если Лужков умело распределял средства так, что его супруга Елена Батурина стала самой богатой россиянкой, то и Сергей Семёнович Собянин также не теряет времени зря – разгораются войны за те сферы, которые по-прежнему подмяты людьми Лужкова.

Как друзья Лужкова турникеты осваивали

Турникеты пришли в общественный транспорт столицы в 2002 году. Для мэра это было очередным благим делом в рамках борьбы с зайцами-безбилетниками, но внимательная публика хорошо помнит, что Юрий Лужков и шага не делал просто так.

И на пути борьбы с проездом без билета у Юрия Михайловича незамедлительно нашлись единомышленники. На самом деле, порочный клубок завязался настолько крепко и повязал таких чиновников, что, можно сказать, коррупционная игла пронзила транспортную систему Москвы насквозь. Это характерно для лужковской эпохи: если делать, то сразу и наверняка.

Прямо к сути: за контроль билетов отвечали новые турникеты, установленные в общественном транспорте. Чтобы грамотно освоить тему с турникетами, привлекли сразу множество «специалистов», лишь один из которых мог похвастать реальной выслугой лет – ныне покойный экс-глава столичного метрополитена Дмитрий Гаев. Ещё двумя персонами в освоении общественного транспорта стали Ольга Вайт и Михаил Муратов.

Итоговая диспозиция такова: Юрий Лужков выдает деньги, Гаев и Муратов вдвоем «изобретают» турникеты, Ольга Вайт, к слову, гражданка Австралии, выступает директором компании ООО «Солярус», которой без конкурса уходят все подряды на установку этих самых турникетов в общественном транспорте. Получается всё красиво: Гаев – обыкновенный подконтрольный чиновник, который уже много лет работает с мэром Москвы.

Возникает вопрос, каким образом здесь вырисовывается тандем Вайт-Муратова, и на этот вопрос тоже есть логичный и последовательный ответ. «Прокладкой» между мэром Москвы и семейной парой стал работавший тогда заместителем главы департамента транспорта столицы Сергей Макаренко, который также имел отношение к ООО «Солярус», возглавляя фирму-соучредителя компании – «ПР Телеком».

В дальнейшем к Лужкову и друзьям пришло понимание, что времена меняются, и появляется риск «засветиться» и погореть на какой-нибудь мелочи. Частично доля фирмы, отвечающей за турникеты и ренту с них (до этого мы сейчас дойдём), переезжает в кипрский офшор.

Патент на солидные бюджеты

Стомиллионная сделка, по меркам Лужкова и компании, само собой, была чрезвычайно мелкой, и нужно было срочно придумывать пути для заработка реальных денег на подвернувшейся возможности.

Сложно судить, кто был автором идеи, но она не заставила себя ждать – наиболее логичным шагом было «поставить» каждого москвича, воспользовавшегося общественным транспортом посредством турникета, хоть на какие-то деньги.

Такой способ в правовом поле существует – отчисления нужно платить тогда, когда используешь чужое изобретение. Соответственно, способом грамотно развести всю Москву на дензнаки осталась регистрация патента. В 2002 году, когда хайтек уже проникал в нашу жизнь, турникеты на транспорте не были чем-то удивительным. В западных странах и вовсе создавали роботов и кассы самообслуживания для супермаркетов, и наверняка в любой стране с независимой патентной службой было бы непросто доказать, что именно ты изобрёл такое примитивное даже по тем временам устройство, как турникет в автобусе или трамвае.

Но в России, зная правильных людей, можно доказать, что ты изобрел хоть велосипед – все просто, когда мэр Москвы Юрий Лужков не только твой друг, но ещё и хочет вместе с тобой заработать хорошие деньги. Изобретение поделили между собой сразу два выдающихся деятеля науки: пожилой глава метрополитена Москвы Дмитрий Гаев, и Михаил Муратов.

Напомним, что турникеты на тот момент времени уже не были технологическим новшеством, однако друзья Лужкова сумели выбить себе самый настоящий патент. Благодаря патенту, связанный с фирмой своей супруги, Муратов смог претендовать на 3% от, внимание, КАЖДОЙ покупки билета в общественном транспорте с турникетом. Иначе говоря, буквально в каждом автобусе и трамвае – турникеты опутали Москву.

И хотя считать, о каких суммах идёт речь, страшновато, всё же собянинские чиновники пересчитали, сколько именно денег по сей день тянут у них из-под носа лужковские друзья. Выяснилось, что речь идёт о, по крайней мере, 940 миллионах рублей ежегодно – именно столько имеют Вайт и Муратов, причастные к «Солярусу».

Сейчас, когда Лужков не актуален, а турникеты продолжают собирать подати, хочется спросить: что же можно позволить себе на практически миллиард рублей ежегодно?

Информация по именам Ольги Вайт и Михаила Муратова такая, что волей-неволей становится завидно. Например, в 2010 году, в те «жирные» времена, когда Юрий Лужков ещё сохранял за собой пост мэра, Ольга Вайт со своим экипажем взяла третье место на регате Dragon Edinburg Cup в Английском Каусе.

Тогда гражданку Австралии беспокоило то, как вырвать победу в престижном соревновании яхт, а не рядовые москвичи, которые ежедневно в пути на работу оплачивали это удовольствие, прикладывая карты к турникетам. К слову, в этой же регате Михаил Муратов занял шестое место. Не такой результативный, как супруга, но, если вдуматься, она всего лишь устанавливала турникеты, а Муратов их, ни много ни мало, изобрёл.

Сергей Собянин, возглавивший Москву вслед за Лужковым, быстро разобрался в вопросах плитки и бордюрного камня, водоканала и других денежных потоках, и к 2013 году обратил свой взор на турникеты, которые исправно снабжают австралийку и её супруга огромными деньгами.

Взялись и за Дмитрия Гаева, который к тому времени уже не имел отношения к московскому метрополитену, и также жил на роялти от турникетов, только несколько более скромное – всего каких-то 12 миллионов рублей в год. Также он получил 12 миллионов рублей разово за саму установку турникетов.

Для полноценного уголовного дела Гаев оказался староват, да и его отсутствие в России также убедили московских чиновников махнуть на опального экс-главу метрополитена рукой. Радость Гаева по поводу избегания наказания длилась не слишком долго, вскоре пожилой человек скончался.

Но кому задать вопросы всё равно было, держим в голове Муратова с супругой. Стали разбираться в том, за что же москвичи «отстегивают» по три процента с проезда, и удалось обнаружить следующую формулировку: 3% стоимости проезда являлись «параметром для формирования стоимости договора на информационное обслуживание системы». Это удалось найти в 2011 году, спустя год после отставки Юрия Лужкова, и в следующем году после победоносной для Ольги Вайт регаты соответственно.

Покровители московского транспорта с австралийской пропиской пытались как-то сгладить ситуацию, но выглядели эти попытки откровенно глупо. Например, в 2015 году они великодушно снизили роялти с 3 до 2,55 процентов. Как это должно было убедить Собянина оставить их у «кормушки» неясно, и вскоре начался демонтаж турникетов сразу со многих маршрутов общественного транспорта по всей Москве.

Начало конца и приход «кормушек Собянии»

Вайт и Муратов думали, что их счастливое безоблачное существование на турникетах будет продолжаться вечно, но первым тревожным звонком для них должна была стать и стала отставка Юрия Лужкова с поста мэра.

Пока «хозяева» московских автобусов катались на яхтах, Сергей Семёнович Собянин уже изучал, каким образом и за что именно они получают деньги, «выдаивая» их из Москвы. Гениальность схемы не могла не прийтись новому городскому главе по вкусу, тем более, что плиткой и бордюрами он овладел совершенно виртуозно, показав свои навыки в такого рода делах.

Обещания убрать турникеты звучали от Сергея Собянина ещё в 2013 году, но до дела всё дошло лишь недавно. Очевидно, какое-то время Собянин намекал повелителям роялти, что теперь они либо будут играть по правилам, либо не будут играть больше никак. Почему-то их это не напугало – то ли не верили в серьёзность нового мэра и считали, что он блефует, то ли думали, что Собянин в должности не задержится, но, так или иначе, ошиблись.

Турникеты были лишь намёком, оговоримся – даже катаясь по регатам и развлекаясь, как угодно душе, Вайт и Муратов продолжали левой пяткой рулить «Солярусом» (директором значится Анатолий Петрович Просянкин) и выигрывать все подряд тендеры, которые хотели. То есть мало вам турникетного роялти, так ещё и это.

И вот, когда Собянин счел, что намёков с этой счастливой пары яхтсменов достаточно, «Солярус» внезапно выбило из колеи госзаказов. Компания совершенно перестала брать тендеры, для Ольги Вайт и Михаила Муратова настали тёмные времена. Стало не только очевидно и ясно, что новый московский мэр не склонен шутить, так ещё и намерен устранить команду Лужкова и привести на её место своих людей. Закономерный шаг от хозяина всея плитки и гранита.

Кому турникеты?

В 2016 году из договоров пропали патенты. Для австралийки Вайт и её мужа-изобретателя это новый повод запаниковать. Турникеты с валидаторами также признали техникой, которой не касается этот сомнительный патент, и вопрос роялти, судя по всему, таким образом был снят.

Агрессивно вырубать турникеты было шагом запугивания тандема Вайт-Муратова, на деле для Сергея Семёновича Собянина куда выигрышнее было бы просто перенаправить деньги из тех, чужих карманов, в свои, родные. Тем более что людей в окружении, которые могли бы осваивать тему, предостаточно.

Обслуживание и АСКП на метрополитене отошли фирмам «Транстелематика» и «ПэйТранс». Компании эти не простые, а принадлежащие Александру Рязанову и его сыну. Чиновник раньше трудился заместителем председателя правления в «Газпроме», сейчас близок Собянину и, как и Вайт-Муратов в старые добрые времена, теперь выигрывает все подряд тендеры. За какие-то три года московский транспорт обогатил семейный подряд Рязановых на почти полтора миллиарда рублей. Хорошая сумма за то, что отец и сын самоотверженно брались за всю работу, какую только мог предложить столичный транспорт.

Не дали им лишь новые валидаторы в турникеты – старые, «патентные», Собянин буквально вырвал с мясом из каждого трамвая, и новые в них заводит компания «Сэл групп». Что симптоматично, цифра получилась примерно в десять раз меньше, чем это было во времена Лужкова, но «пригрелись» тоже хорошо – почти 600 миллионов рублей только за прошлый год.

Эта же структура работает с силовиками, её владелица – Наталья Кириллова. Слухачи уже вовсю говорят о том, что она приходится близкой родственницей главы службы мероприятий ФСО Владимира Кириллова. А этот уровень уже выводит нас в такие места, как Валдай, деревня Ящерово, где проживает Кириллова, и по соседству с которой можно увидеть и Виктора Зотова (Росгвардия), и Александра Колпакова, руководителя управделами президента.

Отсюда вырастают предположения, что роль играет собянинская близость президенту России Владимиру Путину, и здесь свои обоснования. «Сэл групп» вхожа в «К-групп», это Николай Кузнецов, это тоже Валдай и то же самое соседство (буквально кооператив «Ящерово»), и это, как правило, миллиардные контракты.

Видно, что Сергей Собянин способен «вытянуть» своих на такие уровни, какие не снились утратившему доверие Юрию Лужкову. Между прочим, «К-Групп» не так далека от банка «Россия», а отсюда уже рукой подать до… 

 

Иван Бесценный
Главный редактор